Консультирование граждан по вопросам общественного питания в общеобразовательных и дошкольных учреждениях 22 мая 2018 | 0 комментариев
Консультирование граждан по вопросам общественного питания в общеобразовательных и дошкольных учреждениях
Пресс-релиз о проведении тематического консультирования граждан по вопросам общественного питания в общеобразовательных и дошкольных учреждениях. В преддверии окончания учебного года и начала...
Подробнее
В Ясном мужчина уронил себе на ногу лист стекла 22 мая 2018 | 0 комментариев
В Ясном мужчина уронил себе на ногу лист стекла
Сотрудниками полиции Ясненского городского округа проводится проверка по факту получения травм 37-летним местным жителем, который накануне был доставлен в лечебное учреждение с резаной раной левой...
Подробнее
Ясненские полицейские задержали подозреваемого за незаконное хранение гашишного масла 22 мая 2018 | 0 комментариев
Ясненские полицейские задержали подозреваемого за незаконное хранение гашишного масла
Сотрудниками полиции при проведении профилактических рейдовых мероприятий по выявлению лиц причастных к незаконному обороту наркотиков, у 36-летнего мужчины ранее судимого за аналогичное...
Подробнее
В Ясненском городском округе полицейские возбудили уголовное дело по факту фиктивной постановки на учет иностранных граждан 22 мая 2018 | 0 комментариев
В Ясненском городском округе полицейские возбудили уголовное дело по факту фиктивной постановки на учет иностранных граждан
В поселке Новосельский, в ходе оперативно-профилактического мероприятия «Нелегал-2018» участковым уполномоченным полиции было установлено, что 55-летняя пенсионерка осуществила фиктивную...
Подробнее
На Кумакском водохранилище задержаны браконьеры с сетями 18 мая 2018 | 0 комментариев
На Кумакском водохранилище задержаны браконьеры с сетями
Сотрудниками полиции Ясненского городского округа на Кумакском водохранилище, в 5 километрах от поселка Кумак задержаны 54-летний и 63-летний местные жители, которые осуществляли вылов рыбы на...
Подробнее
Регистрация

МОЖНО ЛИ БЫТЬ ЛЮБИМОЙ?

Автор
Опубликовано: 1310 дней назад (22 октября 2014)
Редактировалось: 1 раз — 22 мая 2018
0
Голосов: 0
Я держу в руках обыкновенный почтовый конверт, рассматриваю вложенную в него красочную поздравительную открытку, вспоминаю, как этот злополучный конверт с открыткой попал ко мне, и стараюсь понять, как они, эти ничем не примечательные листки бумаги, могли стать причиной заболевания, приковать молодую девушку к постели.
Однажды мы разговорились с Ипполитом Васильевичем, заведующим кожным отделением одной из наших крупных больниц.
— Дмитрий Константинович, вы все еще интересуетесь удивительными случаями во врачебной практике? — спросил он меня.
— Интересуюсь! А почему вы об этом спрашиваете? Опять что-нибудь интересное? Не терпится узнать!
— Да понимаете, пустота какая-то. Если не считать довольно странного замечания матери больной, нет ни¬какой объективной причины для заболевания, а оно не из легких!
— Так уж и нет!
— Во всяком случае, установить его нам пока не удалось.
МОЖНО ЛИ БЫТЬ ЛЮБИМОЙ?

— А может быть, вы просто плохо искали?
— Ну, что вы! Сделали все возможное и пока к чему- либо определенному не пришли.
А о чем говорила мать больной?
— Да вы на смех поднимете меня, если я вам скажу, что девушка заболела сразу же после того, как получила поздравительную открытку с днем Восьмого марта.
— Почему же я должен смеяться? Мне, да и вам, вероятно, известны случаи, когда печальные сообщения являлись не только причиной болезни, но и смерти людей; когда неудачно произнесенная фраза приковывала человека к постели, парализовала его.
— Так то печальные. А здесь...— Он торопливо рас¬стегнул клапан кармана и достал оттуда конверт.— Лучше всего я вам отдам это злополучное письмо, а вы уж решайте, что с ним делать.
— Так вы тоже считаете, что виной всему — письмо?— с улыбкой спросил я Ипполита Васильевича, принимая от него синий чуть помятый конверт с вложенной туда художественной открыткой.
— Почему вы так решили?
— А потому, что вы назвали его злополучным.
— Да это так, к слову сказано. А может, в нем и заключается причина. Как тут проверишь?
И вот я сижу и вновь и вновь рассматриваю загадочный конверт. Отправлено письмо из Челябинска неделю тому назад. С одной стороны художественной открытки— литографическое изображение чайной розы, с другой— поздравление с днем Восьмого марта, заканчивающееся словами: «Люблю и жду дня нашей встречи».
Антон Алексеевич, которому я поручил разобраться в этом случае, зашел ко мне только после обеда. По его хмурому виду можно было предположить, что он принес малоутешительные вести. Так оно и оказалось. Впрочем, постараюсь воспроизвести наш разговор.
— Путаное какое-то дело.
— Что-то вы долго его распутываете.
— И не говорите, Дмитрий Константинович! И где я
только не был! И в лечебном отделении у больной, и с мамашей ее беседовал, и по телефону с Володей раз говаривал.
— Каким Володей?
— Другом Юлии, который в Челябинском политехническом институте учится и от которого она поздравление получила.
— Хорош друг,— усмехнулся я,— от поздравлений которого девушка в больницу ложится. Подальше бы я держался от таких друзей.
— Да я думаю, дело не в поздравлении, хотя мать ее, Пелагея Егоровна, настаивает на том, что заболевание началось сразу после того, как Юлия получила и прочитала эту открытку.
— Так что же, давайте и обсудим первое предположение, Антон Алексеевич. Надо же с чего-то начинать? Может, у вас есть другое предположение?
— Давайте. Только мне кажется, идем мы, как сказали бы охотники, по ложному следу.
— Так ведь мы с вами врачи, а не охотники. Расскажите, каковы отношения между ними, Юлей и Володей. Хотя нам только и не хватало, как рассматривать личные отношения больных!
— Ничего не поделаешь. С чем только не приходится иметь дело врачу. Знакомы они года три. По мнению родителей, любят и уважают друг друга.
— А молодых-то вы спрашивали?
— А как же! Здесь мы имеем тот случай, когда мнения сторон совпадают. Однако за последнее время отношения их несколько изменились, и надо сказать, к худшему. Они стали иногда ссориться: например, в последний приезд Владимира на зимние каникулы у него про¬изошла серьезная размолвка с Юлией.
— А вы не пытались узнать — почему?
— А как же! Девушка не хотела мне говорить, так мать рассказала. Дело в том, что Володя сделал Юле предложение — выйти за него замуж. А она отказалась.
Я спрашивал, почему. Дочь молчит, а мать не знает. Говорит только, что девушка стала дразнить паренька: «Наверно, завел себе там, среди студенточек, какую-нибудь, раз только сейчас предложение мне делаешь», И еще что-то в этом же роде. Ну, тот вспылил, хлопнул дверью и ушел. В тот же вечер уехал, не простившись, в Челябинск. Ну, а Юля проплакала всю ночь. Вот как оно бывает у молодых. В течение месяца он ей ни одного письма не прислал. А раньше писал на неделе по два-три.
— А она ему писала или нет?
— Нет! Девичья гордость не позволяла. Она и сейчас считает, что он во всем виноват: уехал на два дня раньше и не простился.
— Родители-то молодых и те извелись. Ходят друг к другу каждую неделю, а что предпринять — не знают. Ведь они думали породниться.
— Вопрос ясен. Но как могла открытка повлиять на ее здоровье? Может быть, от радости такая реакция? Исключить это тоже нельзя.
— Да радость должна была раньше проявиться.
— Как это понимать?
— Так ведь она, Юля-то, дня за три до этой открытки еще и письмо от Владимира получила. Сам я его не читал, но мать говорит, что очень хорошее, и в нем парень просил извинить его за то, что он погорячился.
— А какое заболевание у девушки?
— Пока точный диагноз установить не удалось. Вначале больная жаловалась на резкую слабость, чувство ( давления в груди и кашель, головокружение и очень сильный зуд кожи. При обследовании больной врачами обнаружены быстро появившиеся высыпания в виде волдырей на различных участках кожи, повышенная температура. Некоторые из проявлений заболевания напоминают крапивницу, а другие — нет.
— А именно?
— Например, боль в животе. Нет полной ясности и в причине заболевания.
— Об этом мне известно. Ведь письмо и открытку вот эту передал мне Ипполит Васильевич.
Антон Алексеевич берет из моих рук открытку, внимательно рассматривает ее и, не найдя ничего особенного, возвращает со словами: «Открытка как открытка, в киосках «Союзпечати» таких сколько угодно».
— И все же давайте допустим, что дело в самой открытке. Она могла быть источником аналогичных проявлений у больной только в том случае, если ее заранее обработали специальным составом.
— Я на всякий случай, пока вы знакомились с обстоятельствами дела, тоже зря время не терял: по моей просьбе провели химический и бактериологический анализ и открытки и конверта. Выявили же на них только обычную микрофлору, которая находится на изделиях такого рода. А вообще мы с вами зашли в тупик. Ведь при¬чина болезни в данном случае не раскрыта. Попрошу вас проследить за лечением Симоновой. Если нужна будет помощь или появится что-нибудь новенькое, скажите мне немедленно.
— Обязательно, Дмитрий Константинович. А что же будем делать с конвертом и открыткой?
— А вот заклеим в целлофановый пакет и положим в сейф как доказательство невежества и бессилия если не медицины, то некоторых «эскулапов», то есть нас с вами.
Закрывая в тот вечер пакет с конвертом и открыткой в сейф, я не думал, что скоро вновь придется столкнуться с этим делом.
Стояла теплая осень. Казалось, что природа перед
уходом на длительный зимний сон стремится показать себя во всей красе. В один из таких дней мне передали, что какая-то женщина просит принять ее по личному вопросу.
Медленно, как бы с опаской, в кабинет вошла молодая красивая девушка с заплаканными глазами.
— Что вас привело ко мне? — спросил я вошедшую.
— Доктор, вы знаете меня,— сказала она, вытирая слезы.
— Что-то не припомню, где мы с вами встречались.
— Мы не встречались, но от вас ко мне приходил врач и называл вашу фамилию.
— Антон Алексеевич?
— Да, он самый,— торопливо ответила девушка.— Я еще тогда в больнице лежала...
— Постойте, постойте. Вас Юлия Сергеевна зовут?
Я открыл сейф и достал целлофановый пакет. Юля с недоумением взяла его у меня из рук.
— А зачем вы Володино письмо в сейфе храните? Какую ценность оно для вас представляет?
— А я знал, что вы ко мне придете и я смогу из рук в руки передать послание дорогого человека, шучу я.
Реакция на мою шутку была довольно странной. Юля зарыдала, закрыв лицо руками. Ее худенькие плечи вздрагивали. Из-за всхлипываний трудно было понять, что она говорит. Мне были слышны только отдельные фразы: "Да, дорогой!.. А на что я ему такая?.. Вся опухаю! Красные пятна!.. Чешусь!..»
Торопливо наливаю стакан воды, добавляю туда несколько капель валерианы и прошу девушку выпить. Выждав несколько минут, выхожу, а когда вместе с Антоном Алексеевичем возвращаюсь в кабинет, Юля уже спокойна.
— О, какая красавица к нам пожаловала! Здравствуй¬те, Юлечка! — начинает разговор Антон Алексеевич.
- Антон, не надо,— говорю ему я, чувствуя, что девушка вот-вот заплачет.
— Юлия Сергеевна,— стараясь быть официальным, обращаюсь я к посетительнице.— Успокойтесь и расскажите по порядку, что вас привело к нам.
Видимо, я выбрал нужный тон. Девушка начала медленно, как бы нехотя, говорить. Она поведала нам и о своей первой любви к парню, и о женской тревоге, в которой проходит ее жизнь с тех пор, как он уехал в другой город, о ласковых, столь желанных письмах, о радости коротких встреч с Володей и их мечтах о будущем.
— Юлия Сергеевна,— спросил я ее, когда она кончила говорить,— что вам мешает выйти замуж за Владимира? Он разлюбил вас?
— Что вы, доктор! Скажете такое! Ведь это он, Володя, привел меня сюда и сейчас ждет на скамейке в горсаду.
— Ну, милая,— вмешался в разговор Антон Алексеевич,— тогда непонятно, чего вы от нас хотите.
— Скажите, можно ли мне быть любимой?
Надо сказать, что этот вопрос поставил инспектора в еще большее недоумение, и он тут же воскликнул:
— А почему бы и нет?!
— В том-то и дело, что я не уверена в этом,— вновь сквозь слезы проговорила Юлия Сергеевна.
— Юля,— снова обратился я к девушке.— Если вы будете все время плакать, то мы так друг друга и не поймем. Не забудьте, что вас на улице ждут, и у нас дел не¬мало. Мы хотим вам помочь, но не можем понять, чем. Расскажите, что вас привело сюда.
Снова наливаю воду. Девушка, держа стакан двумя руками, жадно пьет. Постепенно она успокаивается. Поправляет упавший на лоб локон волос и, пододвинув свой стул поближе к письменному столу, за которым мы сидим с Антоном Алексеевичем, спрашивает:
— А с чего мне начать?
— Скажите, когда впервые у вас проявилось это заболевание? — спрашиваю я, стремясь придать своему голосу будничный, спокойный тон.
— По словам мамы, и насколько я помню, это было давно, когда мы на лето приехали к бабушке. Она у нас жила на юге и очень любила цветы. Их было так много, что, когда я выходила в сад, то боялась заблудиться среди цветов.
— А что это были за цветы? — вступил в разговор наш инспектор.
— Это были розы. Мама говорила, что у бабушки был целый розарий в саду. Однажды я пошла вечером гулять, и мне показалось, что я заблудилась среди кустов. Вечерело, становилось все темнее и темнее, а я металась среди растений и никак не могла найти дорогу к бабушкиному дому. Только когда я громко заплакала и закричала, меня нашли и увели в комнату. Мне стало плохо, и я несколько дней пролежала в постели. На коже появились красные пятна, мне очень хотелось чесать их. Родственники думали, что я в темноте набрела на крапиву, которая росла около забора. Меня лечил местный врач участковой больницы, и скоро я выздоровела.
— А скажите,— вновь перебил Юлию Сергеевну Антон Алексеевич,— в дальнейшем вы были в гостях у бабушки?
— Нет, она вскоре умерла. На похороны ездила одна мама.
— И никогда потом вы не болели крапивницей?
— Какой крапивницей?
— Извините, у вас никогда потом не выступали на коже подобные пятна?
— Только полгода назад. Когда вы приходили ко мне в больницу, они у меня были,— ответила девушка.
— А скажите, пожалуйста,— обратился я к Юлии,— не дарил ли вам цветов Володя перед вашим последним заболеванием?
— Дарил. Когда мы подали с ним заявление в ЗАГС
о вступлении в брак и возвращались домой, он купил мне огромный букет роз.
— Вы уверены, что это были именно розы?
— Конечно. Я еще занозила палец, и он, вытащив ко¬лючку, поцеловал его.
Мысль о причине заболевания, казалось, одномоментно возникла у нас обоих. Я нетерпеливо стал вертеть в руках злополучную поздравительную открытку, вложенную в конверт, а Антон Алексеевич встал и приоткрыл в комнате окно. Потом, обернувшись, спросил меня:
— Может быть, мы попросим девушку погулять? Только один вопрос. Юлечка, вы не будете возражать, если мы поговорим с Володей?
— Что вы, пожалуйста!
— Тогда, Юлия Сергеевна, я попрошу вас пригласить Владимира сюда.
Когда дверь за девушкой закрылась и постепенно затихли торопливые шаги, мы оба засмеялись. И хотя не обмолвились ни одним словом, нам обоим было ясно, что мы на правильном пути. Это была аллергия к цветам, в данном случае — к розам.
— Вы обратите внимание,— заметил Константинов,— ее проявлению всегда сопутствует какое-то нервное перенапряжение: испуг, когда она заблудилась в саду, радость, когда вновь вернулись счастье, любимый человек...
— Или напряжение, связанное с принятием такого важного шага, как согласие на замужество,— добавил я.
— Конечно. Но кто мог подумать, что аллергия может проявиться не только к самим цветам, но и к их изображению на открытке?
— Да, случай довольно редкий...
Мы прервали разговор, так как дверь отворилась и к нам в комнату буквально ворвался молодой человек. За ним, несколько смущаясь, вошла Юля.
— Простите меня,— торопливо проговорил он,— здравствуйте... Юля сказала, что вы хотите поговорить со мной... Что с ней?.. Почему она избегает меня и что-то скрывает? Ведь у нас через две недели свадьба!..— зада¬вал он нам вопрос за вопросом.
— Прежде всего присядьте. Вы, Юля, тоже,— сказал я, увидев, что она собирается выйти из комнаты.— Мы должны поговорить с вами обоими.
Сделав паузу и подождав, когда они сядут, мы продолжили начатый разговор.
— У Юлии Сергеевны — невосприимчивость к отдельным цветам, точнее, к розам. Это и тяготит ее,— начал я.
— Так неужели медицина бессильна против такого пустяка? Ведь вы спасаете жизнь людям!—воскликнул Володя.
— А скажите, доктор, это заболевание не заразно? — заговорила молчавшая до сих пор девушка.
— Успокойтесь, Юля, оно не передается от человека к человеку.
— Антон Алексеевич,— обратился к инспектору Володя,— можно ли излечить Юлечку от этого страдания? Я был бы вам и Дмитрию Константиновичу обязан всю жизнь.
— Володя! А ведь никакого в общем-то страдания нет!
— Как нет?! Вы же сами видели, как ей было плохо.
— А ведь этого могло и не быть. Если честно при¬знаться, в какой-то степени именно вы повинны в болезни Юли, или, точнее, имеете к этому отношение. Во вся¬ком случае, в последний год.
— Как я ? — заволновался юноша.— Честное слово, я...
— Успокойтесь, Володя,— по-отечески тепло, но в то же время строго сказал Антон Алексеевич.— Кто мог подумать, что вид роз, букет этот или открытка являются аллергеном? Ведь вы преподносили цветы от чистого сердца. Юля вполне здорова. Она может быть такой всю жизнь. И во многом это зависит от вас. Берегите и любите ее, но помните, что пока эффективных средств борьбы с аллергией или излечения от нее почти нет. На¬до просто избегать их, и тогда болезнь никогда не повторится. А мы проведем десесибилизирующую терапию.
— Что это такое?
— Постараемся ослабить чувствительность к данному аллергену путем введения прогрессивно возрастающих доз, чтобы организм постепенно привык к нетерпимому веществу.
— И последний вопрос. Знайте, что я женюсь на моей Юлии в любом случае и не представляю себе, как могу жить без нее. Но я должен быть готов ко всему. Известно, что иногда врачи не говорят правду. Умоляю вас. скажите, дети у нас будут здоровы?
— Володя! Мы специально пригласили вас сюда, что¬бы поговорить начистоту. У нас нет и не может быть тайн и недомолвок. Данное состояние не передается по наследству, и вы и Юля можете быть спокойны. Пусть вам сопутствуют любовь и согласие.
Радостные тем, что уже ничего не мешает их счастью, они торопливо попрощались с нами и, взявшись, как дети, за руки, выбежали из кабинета.
Мы невольно улыбнулись им вслед. Нам стало как-то легко, и не столько потому, что была разгадана еще одна из загадок природы, а потому, что еще одной счастливой семьей стало больше.
Диагноз аллергии к розам подтвердился: на месте нанесенной на кожу капли слабого раствора розового масла у Юлии появилось ярко-красное пятно. Но все это было потом, после того, как мы побывали на их комсомольской свадьбе, которую организовали Юлины друзья по работе.
Что же касается злополучной открытки, то она до сих пор хранится у меня в папке наиболее интересных и загадочных медицинских дел. Правда, теперь в конверте две открытки: несколько лет тому назад я получил от Владимира радостное известие: молодой папаша сообщал, что у него родились сразу два сына. На открытке был изображен букет... из четырех роз.
1900 просмотров

Читайте также:

  • Секреты красоты
    Секреты красоты

    Брови: уход и моделирование! По словам многих стилистов, брови способны сильно влиять на внешность любой женщины. И это действительно так! Стоит вспомнить известных актрис и певиц, у них форма бро...

  • Ликбез по налоговым вычетам
    Ликбез по налоговым вычетам

    Купили квартиру, заплатили за учёбу ребёнка, сделали платную операцию? Государство вернёт вам часть потраченных денег. Налоговый вычет имеют право получить все, кто работает официально и платит под...

  • Бескаркасная мебель
    Бескаркасная мебель

    Сегодня очень популярна бескаркасная мебель. Это  многофункциональная, удобная и уютная мебель  доставляет удовольствие и взрослым и особенно малышам. Бескаркасная мебель с...

  • История  про  любовь  и... ужас.
    История про любовь и... ужас.

    Дело было так: в конце 80-х годов прошлого столетия в Грузии расформировывали несколько военных частей и распределяли личный состав по частям, находящимся на территории России. Таким образом, мы, т...

Комментарии ()

Ясненская реклама

 

 

Случайный вопрос

Участвуйте в викторине

Вам вопрос:

Острый соус из яичных желтков с растительным маслом, уксусом и пряностями

[Я знаю ответ. Я буду участвовать!]